Суспільство

Директор «первивинки» Євгеній Черенок – “Мы прошли семь кругов ада, чтобы госпитализировать больного COVID-19, но в итоге отвезли его домой

0

Директор Бориспольского городского центра первичной медико-санитарной помощи Евгений Черенок рассказал УНИАН, с каким сложностями столкнулся, пытаясь госпитализировать больного коронавирусом в Украине.

У 30-летнего пациента – подтвержденный диагноз, его состояние ухудшается. И в больницах изначально соглашались госпитализировать парня, но затем находят причины отказать, причем, главварч в Белой Церкви отказалась принимать пациента из-за… киевской прописки.

Переговоры с больницами и «скорой» заняли пять часов, в итоге оказалось, что договориться мало, надо еще и обеспечить бригаду защитой – за счет пациента или семейного врача. В итоге, после пяти часов бессмысленных переговоров, больного опасным недугом пациента… повезли домой.

Расскажите о том, как протекала болезнь и почему пациента было решено госпитализировать?

У родных этого 30-летнего пациента – подтвержденный COVID-19, один из членов семьи – госпитализирован. Мужчина рассказал, что первые симптомы появились 22 марта, началось с повышения температуры до 37,5-38,5° С. Через несколько дней сделали тест на COVID-19, он был отрицательный. Пациент находился на самоизоляции, семейный врач звонил ему несколько раз в день.

Примерно через неделю появились жалобы на усиливающийся кашель, ощущение удушья, ослабленное дыхание. Мы взяли у него мазок для проведения ПЦР, и 1 апреля пришло сообщение из Бориспольского лабораторного центра о результатах: «Выявлены РНК возбудителя SARS-CoV-2». Было принято решение о госпитализации.

И как дальше разворачивались события?

В 14:46 семейный врач звонит на «103». Диспетчер рекомендует позвонить к главврачу Белоцерковской горбольницы №3. Звоним, нам согласовывают госпитализацию. Перезваниваем на «103», сообщаем об этом, наш вызов принимают.

Через полчаса нам звонят из Белой церкви, главврач сообщает об отказе в госпитализации из-за того, что прописка пациента – киевская, и его говорит, что его должны принимать киевские больницы (№4, №9 или Александровская). Опять звоним на «103» и отменяем вызов.

Контакты киевских больниц нам никто не предоставил, мы ищем их в интернете. Звоним, трубку никто не берет, один раз дозвонились в морг. Ищем другие телефоны, а время тикает.

Наконец, в 15:41 дозваниваемся до инфекционного отделения Киевской ГКБ №9. Рассказываем анамнез, течение болезни, показатели температуры и сатурации, состояние пациента на данный момент. Врач инфекционного отделения дает согласие: «Нет проблем. Везите».

И вы опять звоните в «103»?

Задумано, что больных с подозрением (а у нас – подтвержденный диагноз) должны были возить специальные бригады. Я не знаю сколько их, но они курсируют по Киевской области. Эта схема посыпалась, поскольку прописка – киевская (городская).

Мы 45 минут согласовывали вопросы с бориспольской «скорой». Нам говорили, что без направления они не поедут, а где его взять, если врач уже ушел домой?  Требовали заключения лаборатории, а получить его не так просто, как кажется.

Но, самое интересное, бригада призналась, что у них нет средств индивидуальной защиты. Нам сказали: «Вот, если вы оденете наших работников – приедем, не оденете – не приедем». Не знаю, что там в «скорых» столицы, но бориспольские – «голые».

Наконец, в 17:21 их бригада приехала, но не к пациенту, а – в амбулаторию за документами и средствами защиты.

Иллюстрация/ REUTERS

Иллюстрация/ REUTERS

Через три с половиной часа после первого звонка?

Мне рассказывали, что не так давно «скорая» из Киева больше четырех часов ехала в аэропорт «Борисполь» к иностранцу с температурой и симптомами, схожими на короновирусную инфекцию.

У чиновников любимая игра – «футбол», перенаправлять, давать телефоны, где никто ничего не решает. Мы семь кругов ада прошли за тот вечер.

Диспетчер «103» в один из звонков рекомендовала вести нашего парня в Александровскую больницу в Киев. Она рассказывала: «Наши «скорые» туда не ездят. Вызывайте частную». При чем частная «скорая» к госпитализация больного COVID?

Наконец, в 18:05 бригада ЭМП повезла пациента в Киев. Но в 19:48 нам стало известно, что дежурный врач инфекционного отделения КГКБ №9 отказал в госпитализации. Как я понял, там принимали пациентов только с сатурацией менее или равной 92 (степень насыщения крови кислородом, – УНИАН).

Что это за показатель? Насколько он важен?

Не всегда сатурация играет решающую роль. Это симптоматика может нарастать, сейчас – 98, а через два-три часа – 92. Это косвенный показатель. Нельзя только из-за нее, не учитывая клиники госпитализировать.

И, если бы было только подозрение, действия врача могли бы быть правильными. Я понимаю, что не надо заполнять койки. Но тут – подтвержденный диагноз, а ситуация COVID-19 с не изученна. Сейчас этому пациенту хорошо, а через два часа станет плохо. Лучше перестраховаться. Он не нуждался к подключению к аппарату искусственной вентиляции легких, но за ним надо наблюдать.

И почему-то члена его семьи госпитализировали без проблем с теми же самыми симптомами. Получается, в Белой Церкви одни показания к госпитализации, в Киеве – другие? Это просто смешно.

Иллюстрация / REUTERS

Иллюстрация / REUTERS

Сегодня опять пройдете эти круги ада?

Я думаю их будет не семь, а шесть после того, как понялся шум. Предвижу, что теперь мне будет звонить МОЗ и тд… Но я не понимаю, что я сделал плохого, что я сделал не так!

Я не хочу сейчас никого наказывать. Я не хочу, чтобы искали виноватых. На это нет времени. Я хочу, чтобы это увидели, услышали, сели – и в каждой области появился свой алгоритм. Нужно сказать, что прописка не имеет значения при коронавирусе. Сейчас все кричат, что проблема в отсутствии мест для госпитализации. Проблема другая – логистика на нуле.

Речь идет об одном случае, а если их будет десять? А если у кого-то прописка в Луганске? Его туда везти? Или куда?

Но эта проблема – решаемая. За день можно разработать алгоритмы и утвердить их.

То, о чем мы говорим – пример необходимости реформы и показатель того, что старая система не сдается. Я работал начмедом в Бориспольской ЦРЛ и прекрасно знаю, как это – отправить в киевскую больницу тяжелого больного. Надо было звонить начмеду, поговорить с заведующим. И они или делают «одолжение», или не делают. Потом звонок в «скорую помощь», а там: «Мы таких не перевозим». Надо обзвонить 20 человек, каждому покланяться. И если «великий хан» соизволит, к нему повезут больного, а нет – делай, что хочешь.

Что сейчас с пациентом? Как много больных коронавирусом в Борисполе?

За ночь состояние не ухудшилось. К нему пошла врач в защитном костюме, и потом она уходит на две недели на карантин.

В Борисполе – шесть больных. И вы слышали разговоры о том, что болеют пожилые? -У нас пациенты: 79-го года рождения, 68-го, 90-го (!), 72-го, 89-го, 60-го. Мы не наблюдаем «65+». И пока держимся.

Друзі. Російська пропаганда чим далі охоплює все більше сфер нашого життя і побуту. Російський інформаційний продукт все активніше замилює очі та притомність наших громадян. Тому ми вирішили дати бій! І для перемоги нам потрібен ти! Ми не просимо від вас неможливого. Ми просимо вас лише підписатися на наш новий YOUTUBE-канал! Лише разом ми зможемо протистояти ворогам! Підписуйся!

youtube.com/columnist